г. Москва, 1-й Волконский пер. д. 11 стр. 2 (5 этаж)
contact@school4you.ru 8-495-781-10-30 8-800-555-99-53

Мифы о школьном обучении

5 мифов о школьном обучении. Родители, обучающие своего ребенка в общеобразовательной средней школе, как правило, поступают так не по сознательному выбору, а в силу установившейся традиции, потому что сейчас так поступают все. Выбор может касаться только конкретной школы – будет ли она обычная муниципальная, или специализированная, или гимназия. Между тем уверенность родителей в ценности и позитивности школьного образования во многом иррациональна и базируется на базовых мифах:
1. Миф о мировоззрении: средняя общеобразовательная школа формирует у ребенка целостное, непротиворечивое и позитивное мировоззрение. Если в школу не ходить, мировоззрение или не сформируется вообще, или сформируется неправильное, что приведет к ненужным проблемам.2. Миф о мышлении: школа учит ребенка думать самостоятельно, формирует критичность восприятия. Если в школу не ходить, ребенок будет все повторять за родителями, как попугай, и никогда не станет самостоятельным.3. Миф о знаниях: школа передает ребенку полноценное знание на уровне современных достижений научной мысли. Если не ходить в школу, ребенок останется серым и необразованным, т.к. родители не смогут ему обеспечить объем знаний на уровне коллектива педагогов.

4. Миф о коммуникации: в школе ребенка учат коммуницировать, устанавливать личные связи, дружить, эффективно взаимодействовать, справляться с проблемами. Если не ходить в школу. ребенок не научится ни дружить, ни справляться с проблемами.

5. Миф о социализации: в школе происходит мягкая подстройка ребенка под существующий социум — Единственный, Сущий и Благой. Если не ходить в школу — ребенок вырастет социопатом , хлюпиком, неудачником, лузером, отщепенцем и угодит в социальный ад.

6. Миф об общественной пользе от школьного обучения: школьное образование является системообразующим, а потому — общественнополезным. Если ребенок не будет ходить в школу, он не научится ставить интересы общества перед своими личными, а значит вырастет самовлюбленным эгоистом.

Если рассмотреть каждый из этих мифов, один за другим, можно с легкостью убедиться, что они не выдерживают критики. И что общая уверенность в том, что окончивший школу ребенок получает необходимое для дальнейшей полноценной жизни и деятельности образование, не основывается, на самом деле, ни на чем действительно реальном. Рассмотрим же каждый миф по отдельности.

 

Миф о мировоззрении

 

В первую очередь, нужно понять, что такое мировоззрение. Смотрим в словарь, читаем определение: «М. — Совокупность взглядов, воззрений на окружающее, на жизнь, на мир, на ту или иную область бытия». Перефразируя это определение, можно сказать, что мировоззрение человека есть его ответ на 3 вопроса «Кто я такой?», «Что такое мир?» и «Как такому мне жить в таком мире?».

Зададимся вопросом: формирует ли современная школа у ребенка мировоззрение? Конечно, формирует. Другим, гораздо более сложным вопросом будет вопрос о том, а кто конкретно и какими методами формирует мировоззрение наших детей.

Учителя? Вряд ли. Могу с уверенностью утверждать, что учителю-предметнику некогда формировать мировоззрение. Ему нужно укладываться в программу, поддерживать дисциплину, разъяснять материал, контролировать его выполнение, оценивать ответы учащихся, вести документацию. Максимум, что ребенок может узнать от педагога о себе – это свою отметку в четверти по успеваемости или по поведению. Может, еще определенное количество поощрений или порицаний, но не любой и не в обязательном порядке. А о современном мире от современного учителя ученики узнают еще меньше – ну, может несколько анекдотов или историй из жизни, плюс определенное количество нотаций и поучений.

От школьного психолога он еще может получить определение своего места на социограмме класса (популярный, среднестатусный, непопулярный, отверженный). Но вряд ли получит внятный совет – что с этим делать? Как изменить сложившуюся ситуацию? Может, классный руководитель формирует мировоззрение ученика? Надо понимать, что классные руководители, в первую очередь — учителя-предметники, во вторую – они заведуют тем или иным классным помещением со всеми вытекающими последствиями в виде его ремонта и обстановки. Большинство классных руководителей считает, что его обязанности исчерпываются сбором денег на всевозможные внутришкольные потребности и дальнейшим удовлетворением этих потребностей. Соответственно, формировать мировоззрение учащихся своего класса он должен в оставшееся от всего остального время (а это совершенно не смешно, поверьте).

Так кто же формирует мировоззрение ребенка в школе?

Не взрослые. Дети. Одноклассники. То есть, те самые дети, у которых его нужно выработать, воспитать.

И что же наш ребенок может подчерпнуть от собственных сверстников?

Это не такой простой вопрос, как кажется. Потому что мировоззрение, которое стихийно формируется в коллективном сознании детей школьного возраста, калейдоскопично и подпитывается, никем не управляемое, отовсюду, чем угодно: осколками мировоззренческих установок, полученных в семье, или на улице, или из СМИ и Интернета. Это мировоззрение расплывчато, аморфно и дремуче, как мировоззрение древнейших людоедческих племен, и так же негуманоидно и архаично. В нем стихийным образом складываются свои представления о профанном и сакральном, формируются свои «табу» и обряды инициации. У каждого такого племени – свои отличительные черты (то же мы видим в этнографии примитивных племен: их однообразным вариациям нет числа и описания). В каждом племени стихийным же образом складывется своя система представлений о плохом и хорошем, красивом и некрасивом (на основе уже имеющегося и накопленного поколениями школьников коллективного общешкольного мировоззрения). У этого неизвестного этнографам народа школяров – своя мифология, свой эпос, свой ритуал, свое прикладное искусство. В принципе, их содержание прекрасно известно взрослым, которые почему-то находят это забавным (иначе видимо давно бы умерли от ужаса и стыда).

Как происходит стихийная дифференциация детского коллектива – и понятно и не понятно в одно и то же время. Понятно, что системным в нем является простейший механизм выживания – «побеждает сильнейший». Сильнейшим оказывается в итоге тот, чей мировоззренческий комплекс, принесенный в класс извне, оказывается наиболее сильным за счет подпитывающей его энергетики – в одном классе это может быть группа отличников с привитыми в семье морально-этическими установками (и тогда жизнь в этом классе бывает относительно сносной для всех его социальных прдгрупп), в другом, наоборот, группа хулиганов с тяжелыми кулаками, в третьем – фанатская тусовка, в четвертом – группа пустоголовых потребителей…В любом случае, именно эта группа в конечном счете и определяет неповторимый «этнографический» рисунок того или иного классного коллектива. Не чувствуя ни особого руководства или воздействия «сверху», со стороны учителей, ни противодействия «снизу», со стороны соучеников, эти доминирующие группы утверждаются на верху классной иерархии, творя школьный микросоциум по своему произволу – чаще неосознанно, иногда – осознанно и изобретательно.

Вокруг такого ядра группируется прослойка «середнячков» — ребят, чей мировоззренческий комплекс слаб – так же как и подпитывающая его энергетика. Они быстро подстраиваются под господствующий мировоззренческий комплекс и приспосабливаются так или иначе его обслуживать. Они могут образовывать внутри своей прослойки микрогруппы по склонностям и интересам, но сами никогда не генерируют идей и настроений – но прекрасно отражают чужой свет и передают слухи. Они никогда не противостоят генеральной линии — но и не совершают активных действий, за исключением случаев, когда их особым образом для этого организуют.

А на обочину классной жизни вытесняются те ребята, которые не смогли влиться в уже сложившиеся группы, и своей создать тоже не смогли — по самым разным причинам. Эта группа аутсайдеров стихийно воплощает собой архаичную фигуру «козла отпущения», изгоняемого в пустыню (приносимого в жертву) ради блага племени. Ибо в основе любого архаичного соцума лежит идея жертвы, без которой общая жизнь не может продолжаться, а общее благо – недостижимо. Чтобы жизнь продолжалась, кто-то за это должен заплатить – и, как правило, в жертву приносятся ребята из группы аутсайдеров – иногда все вместе, чаще – по одному. Любопытно, что эта схема упорно воспроизводится даже в самых внешне благополучных классах, где у «руля» находятся умные и неплохо воспитанные ребята – просто потому, что без воспитания в христианской культуре альтруистические идеи редко сами собой зарождаются даже в самых ясных головах, а социальный дарвинизм не нуждается в особых обоснованиях, он просто очевиден. Другое дело что формы «жертвоприношения» могут быть совершенно разными – от разнузданной травли с нанесением физических увечий до молчаливой изоляции.

Таким образом, очевидно, что главенствующим мировоззрением, стихийно формирующимся в школьные годы, является по-разному окрашенный социальный дарвинизм. Это мировоззрение, на мой взгляд, является одинаково разрушительным для всех его носителей – и для «победителей», и для «аутсайдеров», и для «болота». Члены каждой из этих групп оказываются так или иначе травмированными – только все по-разному. Правда, многие не подозревают о том, что они травмированы. И продолжают воспроизводить усвоенные социально-дарвинистские комплексы уже в иных, более «взрослых» коллективах (в том числе, в своих собственных семьях). Осмелюсь утверждать, что в настоящее время таких, к сожалению, большинство. Некоторые меняют свое мировоззрение – но на изживание приобретенных в школе комплексов (все равно – «звезды», «болота» или «жертвы») уходят долгие годы.

Наверняка со всем вышесказанным будут не согласны те бывшие учащиеся, которым посчастливилось обучаться в продвинутой школе с неплохо подобранным коллективом педагогов, а так же те, чей опыт школьной жизни был скрашен влиянием харизматической личности кого-либо из педагогов даже самой заштатной школы. Такие личности, безусловно, есть, и их влияние на школьный коллектив является качественным. И они могут выработать в своих учениках мировоззрение, отличное от стихийного социал-дарвинизма, описанного выше. Другое дело, что это не всегда является плюсом (как не странно), потому что такие педагоги-творцы зачастую склонны образовывать замкнутые сообщества, живущие своей жизнью, оторванной от того мира, с которым их воспитанникам так или иначе предстоит столкнуться. Типичными примерами таких искусственно построенных миров являются квази-социумы бывших советских и постсоветских пионерлагерей типа «Зеркального», «Орленка» и «Артека», воспитатели и воспитанники которых, по их собственных многочисленным свидетельствам, испытывали серьезные психологические трудности при переходе во внелагерную реальность.

На самом деле, учитель-харизмат, если он не христианский подвижник, может воспитать из своих учеников вместо социал-дарвинистов только социал-утопистов самых разных толков: среди них могут быть и ролевики, и эскаписты всех мастей, и радикальные православные, и революционеры типа Че Гевары, и т.д. и т.п. А социал-утопизм есть обратная сторона социал-дарвинизма, и для самого ребенка иметь такое мировоззрение ничуть не полезнее.

Таким образом, при пошаговом анализе мировоззрения, формируемого современной общеобразовательной школой, можно сделать вывод, что это мировоззрение в 90% случаев является стихийным социал-дарвинизмом, а в 10% — социал-утопизмом разных видов и форм. Вряд ли родители хотят от школы именно этого. Большинство родителей ждут от школы все-таки того, чтоб она их научила «разумному, доброму, вечному». Но, к сожалению, не дожидаются, и в какой-то момент обнаруживают рядом с собой совершенно неизвестного им представителя одного из современнейших примитивных племен, говорящих на почти непонятном языке и участвующего в совершенно диких обрядах и камланиях. Всего этого могло бы не быть, если бы родители с самого начала брали на себя ответственность за последовательное формирование мировоззрения своего ребенка, ответственно и последовательно воспитывая его в семье.

 

Миф о мышлении

 

Однако, даже если это так, даже если в школе не формируется правильное мировоззрение – быть может, в ней ребенка учат думать своей головой? Ведь каждый родитель хочет, чтоб его ребенок умел самостоятельно мыслить, а где же еще научат этому ребенка, как не в школе?

Увы, и это представление является мифом по преимуществу. Современная общеобразовательная школа не ставит перед собой задачи сформировать у ребенка навыки мышления. Потому что мышлением в строгом смысле имеет право называться деятельность в значительной степени отличающаяся от вырабатываемых в школе «умений и навыков» запоминания, повторения и бездумного воспроизведения того или иного учебного материала.

Мышление также отличается от простого описания и оценки восприятий (я вижу яблоко, оно зеленого цвета и сладкое на вкус). Мышление предполагает сознательное отстранение от чувственно воспринимаемой действительности, выделение себя из нее, возвышение «над» ней. Для того, чтобы научить ребенка именно мыслить, а не просто воспринимать поток реальности и эмоционально реагировать на него, необходимо постоянно ставить перед ним гносеологические задачи, учить переводить представления и восприятия в понятия, суждения и умозаключения, а далее учить произведению абстрактных операций с ними. В общем, чтоб научить ребенка самостоятельно думать, ему необходимо привить навыки логического мышления, а также дать элементарные представления о различии между чувственным и абстрактным познанием. По-хорошему, ребенка нужно также научить осознавать свое «я» и наблюдать над ним – на самом деле, ничего сверхъестественного, каждый ребенок и так умеет это делать; все, что требуется от взрослого – это вытащить процесс самопознания на сознательный уровень.

И вот теперь скажите – где именно, на каком именно уроке ребенка учат всему вышеописанному? Отвечать – на всех уроках понемногу – значит ничего не отвечать. Не знаю – сознательно или случайно – но логика словно бы и не существует в рамках школьного цикла как гуманитарных, так и естественнонаучных дисциплин. А ведь логика совершенно необходима не только для курса математики. Без логики нет грамматики — это превращает изучение языков в циклическое повторение невразумительных мантр; еще более без логики нет словесности (риторики)– потому что словесность (риторика) есть ни что иное, как искусство четко формулировать свои мысли в виде тезисов и умение их корректно и аргументировано защищать. И изучение литературы необходимо в основном для того, чтобы иметь под рукой образцы корректно и ярко сформулированных тезисов и примеры эффектной (или слабой и ошибочной) аргументации. Что касается навыков поэтического мышления – то и тут без логики не обойтись, потому что поэзия, как это не парадоксально, рождается из законов логики – вернее, из их нарушения, и также живет на грани между миром чувственным и миром абстрактным, понятийным; и лирический герой поэтического произведения – всегда обитатель «мира идей», а чувственный мир — не более чем материал для его творчества.

И наконец, для формирования навыка критического мышления логика имеет особое значение, потому что центральным понятием любого логического закона является понятие «истины». Главный вопрос любой логической операции – это вопрос о том, истинным или ложным является то или иное утверждение? Собственно, через ответ на этот вопрос и формируются простейшие навыки критического мышления. Если ответ на этот вопрос входит в привычку; если ребенок привыкает не принимать в качестве истинного ни одного серьезного утверждения без того, чтобы не проверить его на внутреннюю непротиворечивость – тогда и только тогда мы можем сказать, что у ребенка сформирован навык критического мышления.

Между тем в школе вопрос об истинности или ложности изучаемого материала даже не поднимается. Весь материал, изложенный в учебниках, по умолчанию, принято считать истинным и приниматься без рассуждений. Усвоенный материал не принято подвергать сомнению – его следует или принять за истину на веру, без доказательств, или сдать и забыть. В первом случае у ребенка не формируются навыки научного (т.е. познающего, творческого, критического) мышления. По сути дела, в школе в большинстве случаев происходит трансляция слепой, не рассуждающей веры. Только эта вера отличается от веры религиозной – грубо говоря, это вера не в то, что Бог есть, а в то, что Бога нет. И материалом для усвоения этой веры являются не тексты священных книг, а тексты учебников. Это было бы не так, если бы в учебниках, хотя бы бегом присутствовал разбор иных точек зрения, иных версий событий или иных научных теорий. Но ничего похожего мы не наблюдаем. Школьный общеобразовательный курс догматичен не менее (а на самом деле – куда более) курса богословия в христианской семинарии.

Ну а если слепой веры не возникает – возникает слепой же нигилизм и стихийный агностицизм. Очень часто такие формы протестного сознания подростков возникают просто как отрицательная реакция на школьную систему как таковую. Такие подростки слепо и безрассудно отвергают все – так же тотально, как их соученики усваивают и принимают. Их мышление также неразвито – поэтому они также не ведают, что творят – это просто «русский бунт, бессмысленный и беспощадный».

Домашнее же обучение, наоборот, рационально организуется и успешно протекает только в том случае, если ребенку привиты навыки самостоятельного и критического мышления.

И научить ребенка последовательному рассуждению проще всего именно в условиях домашнего обучения.

 

Миф о знаниях

 

Ну, так может, дети ходят в школу за знаниями? Ведь это же первое, чего все родители ждут от школы – чтоб их дети получили представление о современном научном знании.

Иллюзорность этого ожидания вытекает в самом первом приближении из того, что «современные достижения научной мысли» имеют уже довольно слабое отношение к тому срезу естественнонаучного, теоретического и гуманитарного знания, который зафиксирован в курсе средней общеобразовательной школы. В последние 50 лет научное познание все с большей скоростью стремилось ко все большей дифференциации и специализации в области прикладных и смежных дисциплин, о которых в рамках средней школы даже не упоминается — таких, к примеру, как биохимия, микробиология, кибернетика, генетика, экология и т.д. Эта проблема всем известна и обозначена как проблема разрыва между системой знаний, формируемой средней школой и системой научных взглядов, актуальной для высшей школы. Эта проблема впервые осознается на вступительных экзаменах, когда, для многих внезапно, обнаруживается, что в рамках высшего учебного учреждения используется иная терминология, по-другому ставятся задачи и, главное – сам подход к организации учебного процесса совершенно иной, акцент с бездумного поглощения учебного материала перенесен на самостоятельное изучение и проработку материала. Отчасти этот разрыв устраняется системой подготовительных курсов и малых факультетов Университетов, а также системой среднего профессионального образования, однако полностью устранить его в рамках существующей образовательной системы невозможно. Потому что в высшей школе худо-бедно организован процесс научного познания в рамках той или иной дисциплины. Тогда как в средней школе никакого познания не происходит вовсе. В ней организован так называемы «учебный процесс», т.е. механическая трансляция готовых, на тарелочке, знаний, которые вообще с большой натяжкой могут быть признаны «научными» — в лучшем случае их можно назвать «научно-популярными» (если речь идет о предметах естественнонаучного цикла), а в худшем – «ненаучно-непопулярными» (это касается учебников математики и русского языка, которые являются, по сути, простыми задачниками/сборниками упражнений без какой-либо попытки их теоретического обоснования и, тем более, без соответствующего культурно-исторического комментария), а то и вовсе «антинаучными» (это касается почти всего курса истории и большей части курса так называемой «литературы»).

Но это было бы еще полбеды, если бы не было беды куда большей, а именно того факта, что в нашей стране научное знание никогда не было независимым от господствующей идеологии. Не будем уходить в прошлое далее чем на 70 лет – вполне достаточно того, что эти самые 70 лет школьная система была специальным образом разработана для того, чтобы соответствовать требованиям господствующей идеологии «научного материализма» в изложении Маркса и Ленина. И как таковая, лет 50-60 назад она была вполне себе передовой, целостной и непротиворечивой, ибо полностью соответствовала поставленной перед педагогами цели формирования нового человека, строителя коммунизма, вооруженного самым передовым, научно-материалистическим мировоззрением. Именно постановка такой мировоззренческой цели давало советской школьной образовательной системе фору перед системами государственного образования в странах с отсутствующей доминирующей идеологией (потому что деятельность, имеющая четкую и понятную цель, как правило, более успешна, чем деятельность с неясной целью или вовсе без цели).

Однако после перестройки это преимущество было утеряно: марксистско-ленинская теория была объявлена несостоятельной, коммунизм – недостижимым, СССР распался, а вместе с ним распалась и целостная система воспитания и обучения советских школьников. Идеологическая компонента научного материализма была удалена из общеобразовательного цикла, причем, что характерно, без особых содержательных изменений учебного материала. В результате тщательно выстроенные и подогнанные между собой курсы естественнонаучных, теоретических и гуманитарных дисциплин лишились базы, логических связок и повисли в пустоте подобно пресловутому сферическому коню в вакууме. В этой пустоте они провисели некоторое время, до тех пор как ученые, методисты и педагоги не утвердили на пустующем «святом месте» господствующей идеологии сциентизм и неопозитивизм, когда-то гневно отвергнутые марксистско-ленинским учением как «ненаучные». Теперь же сциентизм, т.е. учение о неограниченности и позитивности научного знания, за неимением лучшего утвержден в средней школе и занимает в сознании наших современником место в лучшем случае идеологии, а в худшем – догматической веры. Самое забавное (или печальное) заключается в том, что на самом деле предел научного познания мира уже лет 40-50 как определен и даже успел вылиться в кризис теоретической науки. Между тем в школе об этом как бы «не знают» — там по-прежнему проповедуется всесильность и безграничность человеческого познания, для которого в мире уже практически не осталось ничего непознанного, а если какие-то частности и остались неохваченными научным поиском, то эта недоработка будет устранена в самом ближайшем будущем.

Парадоксально, что несокрушимая вера во всесилие науки совершенно органично уживается в нашем современнике с самыми дикими и примитивными суевериями – хотя на самом деле, ничего странного в этом нет. Наш современник сочетает в себе уверенность в том, что человечество существует в бесконечной Вселенной, которая может быть рационально познана и исчерпывающе описана языком науки, с неосознанным ощущением того, что за пределами этой самой бесконечной Вселенной, такой понятной и предсказуемой, таится нечто неизвестное и непознаваемое (хотя это и отвергается идеологией сциентизма). А поскольку никакого внятного толкования характера этого «непознаваемого» современная наука не дает, постольку отсюда и берут истоки всевозможных бредовых теорий и псевдонаучных мистификаций – от НЛО и Бермудского треугольника до теории суперструн.

В этом смысле средневековый ученый и мыслитель был куда более свободен в своем научном поиске – он, по сути, знал только то, что он ничего не знал. Предел познания был четко постулирован, но еще даже не нащупан, и познающая мысль свободно и энергично развивалась во всех направлениях. Наличие же в системе мироздания области Непознаваемого Бытия, т.е. Бога, никак не мешало процессу познания, и очищало его от бессмысленных и вредных суеверий: ученый четко отличал то, что может быть познано теоретически либо практически, от того, что не может быть познано вообще, т.е. от трансцендентного, и никогда не путал одно с другим. В этом смысле наличие непознаваемых областей мира нисколько не пугало и не тяготило средневекового мыслителя – это было просто одним из условий и стимулирующих ограничений научного познания. Совершенно иную картину видим мы сегодня: внезапное обнаружение пределов познания по сути парализовало научный поиск и погрузило ученый мир в пучину пессимизма и саморефлексии. Очевидно, что вывести теоретическую научную мысль из тупика может только принятие в качестве рабочей гипотезы наличие мира бОльшего, чем весь познаваемый мир, включая его еще непознанные области, мира трансцендентного, т.е., по сути, признание Бытия Божьего. Однако этот шаг пока еще остается слишком смелым для современной науки, и потому она погрязла в прагматизме и занимается бесплодным углублением и специализацией в попытке найти оправдание своего существования в простом инструментализме. А инструментализмом очевидно заканчивается свободный научный поиск. В инструментализме научная истина определяется как нечто просто-напросто «обеспечивающее успех в данной ситуации», т.е., если научное знание не может обеспечить таковой успех – значит, оно бесполезно, т.е. неистинно.

В конечном итоге и в сухом остатке, отбор информации для формирования курса средней общеобразовательной школы диктуется в настоящий момент уже даже не сциентизмом, а именно инструментализмом. В этот курс входят только те области – а вернее, разрозненные куски областей знания, которые могут быть использованы в качестве инструментов достижения конкретных прагматических целей – сосчитать, прочитать, написать, поговорить. В сочетании с усвоенным за 11 лет насильственного сидения в школе стихийным социал-дарвинистским мировоззрением инструментализм обладает сокрушительной пробивной силой. Именно это на самом деле и имеют ввиду защитники школьной общеобразовательной системы – а вовсе не «научное знание» и не прочие рюшечки и оборочки. Усвоивший инструментальные знания в объеме средней школы молодой дикарь, выигравший гонку на «выживание», имеет прекрасный шанс утвердиться и преуспеть в современном мире, очищенном от претензий строгой научности и иллюзий гуманности. Поэтому вопрос следует ставить уже со всей определенностью: а стоит ли нашим детям участвовать в этом забеге? Быть может, гораздо лучше потратить детство на овладение знаниями – что, как выясняется, куда проще сделать в условиях домашнего обучения?

Наталья Геда.
Продолжение следует…

34 комментария к статье "Мифы о школьном обучении"

  1. Мария пишет:

    У меня двое детей учатся в школе. Не раз возмущалась тем, что происходит в школе, но гасила в себе это возмущение. Школа в целом, также как и вся страна находится в тяжелом положении. Наверное, никогда не решусь перевести их на домашнее обучение, даже младшего, потому что вспоминаю своих хороших учителей, своих школьных друзей. И не представляю как могут дети жить без утренних встреч с одноклассниками,которые становятся уже родными, без перемен, без школьных вечеров. Я не могу себе представить свою школьную жизнь без этого, поэтому страшно лишить детей такой школьной жизни. Хотя понимаю, что школа в целом изменилась к худшему, вижу эти изменения. Но успокаиваю себя тем, что в мое время тоже было много плохого, но большая часть этого плохого просто забылась, осталалось лучшее, что дала школа. Как можно заменить то хорошее, что ребенок может получить в школе, в условиях домашнего обучения? Но повторяю, разочарование и возмущение когда школой, когда в целом системой (как в случае с ЕГЭ), испытываю часто. Но альтернативного способа обучения все-таки не вижу.

  2. Наталья Геда пишет:

    Я очень хорошо понимаю Ваше замечание. Я уверена. что к Вам присоединятся очень многие читатели, а некоторые так и вообще будут оскорблены в лучших чувствах. Действительно, во времена нашего детства, лет 30, а в некоторых городах и 20, и даже 10 назад ( а в отдельных заповедниках такое и сейчас можно встретить) школа была настоящим очагом культуры и вторым домом для множества детей. И учителя прекрасно учили и даже воспитывали относительно неплохо. Однако, нельзя забывать, что даже тогда эта идиллия была относительной, ибо она была основана на суррогатной советской культуре, вырванной из контекста культуры мировой. Поэтому , в целом, и советское «счастливое детство» было во многом иллюзией. И потому сейчас школа так стремительно деградировала — советская культура не выдержала испытания кризисом, который пережила Россия в 90-е годы.

    Я сама школьный учитель и остаюсь сторонником школьной системы, как действенного инструмента воспроизведения культуры в слоедующих поколениях.Но увы, сегодня этот инструмент перестал работать как надо. Сегодня он работает не на повышение. а на понижение общего культурного уровня. И домашнее образование снгодня — единственный способ остановить это стремительное падение вниз.

    Альтернативный способ трудно увидеть , пока он скрыт. Но надеюсь. в ближайшем будущем эта ситуация изменится.

  3. Анастасия пишет:

    Наталья, говоря о том, что школьное обучение — единственный вариант в настоящее время, Вы ведь не считаете, что для всех — единственный. Ведь для значительной части родителей школа — это спасение, а беда наступает, когда ребенок бросает школу. Какая часть родителей (хотя бы примерно) на Ваш взгляд способна в принципе организовать для своего ребенка домашнее обучение? Советская школа была хороша еще тем, что она была достаточно ровной для всех, а сейчас школьная система разделилась на элитную и массовую. Можно примерно сформулировать требования для родителей, которые собираются перевести ребенка на домашнее обучение и прикинуть, какой процент родителей удовлетворяет этим требованиям.

  4. Наталья Геда пишет:

    Анастасия, к сожалению, не могу с Вами согласиться. Современная школа детей не спасает, а калечит, и в вышеприведенной статье я примерно описала, каким образом. Причем калечащими сейчас являются обе разновидности школьной системы — и массовая, и элитная, только по-разному.

    Единственный способ не искалечить собственных детей, не дать сделать из них массовый серийный продукт, способный только подчиняться и плыть по течению — или штучный «элитный», способный только помыкать и бессовестно потреблять — это не допускать их обучения в современной школьной системе. учиться это делать самим на совершенно иных основаниях.

    Для того,чтобы нормально расти и развиваться, детям нужно воспитание в семье, в традиционной культуре. Беда наступает не тогда. когда ребенка забирают из школы домой, а тогда, когда ребенок, лишенный дома, уходит вникуда. И никакая школа его не удержит от этого шага.

  5. Анфиса пишет:

    Уважаемая Наталья, что остается в «сухом остатке» после развенчания мифов? Массовый переход на домашнее обучение? Тогда обязательно возникнут некие структуры, которые будут заниматься обучением родителей тому, как учить собственных детей.

    Давайте заглянем в будущее на несколько лет. Современная молодежь повзрослеет и сама станет родителями. Они помнят, что в школе им было скучно, возникало непонимание ради чего терять время в школе,… И вот такие родители возьмутся за обучение собственных детей. Лично мне страшно представить, каков будет результат! Какая модель семьи, какой образец общества, какая система ценностей и знаний будут привиты подрастающему поколению?

    Поэтому необходимо говорить о качественных изменениях всей системы школьного образования. Домашнее обучение предусмотрено для детей, которые по определенным медицинским (психическим, психологическим) показателям не могут заниматься в классно-урочной системе. Для нормальных родителей с нормальными детьми встает проблема в поиске нормальной школы. Вот такую проблему и надо сейчас решать на всех уровнях.

  6. Павел пишет:

    «Домашнее обучение предусмотрено для детей, которые по определенным медицинским (психическим, психологическим) показателям не могут заниматься в классно-урочной системе.»

    Это и есть основной миф, согласно которому домашнее обучение ущербно, по сравнению со школьным. На самом деле скорее наоборот — школьное обучение — это выход-компромисс для тех родителей, которые не могут позволить себе естественную норму обучения и воспитания детей — домашнюю.

    И — кем предусмотрено? Кто решил, что дети должны учиться именно в школе? Только не надо ссылаться на мифических «специалистов», потому что специалисты есть среди сторонников любой образовательной системы.

    «Они помнят, что в школе им было скучно, возникало непонимание ради чего терять время в школе,… И вот такие родители возьмутся за обучение собственных детей. Лично мне страшно представить, каков будет результат!» — Вы совершаете логическую ошибку называющуюся «non probatur» — «не установлено». Собственно, если кому-то было тяжело и скучно учиться в школе, то из чего Вы делаете вывод, что он будет тяжело и скучно учить своих детей _дома_? Это произвольное, ни на чем не основанное утверждение.

    Что касается системы школьного образования, то сейчас в ней заложен ряд «глубинных бомб», которые не могут быть устранены никакими реформами. Собственно, главная — они неминуемо представляют с одной стороны интересы государства, с другой — срез социума. Социум тяжело болен, что и порождает все проблемы. Парадоксальным образом, оздоровить социум можно только через некоторое дистанцирование от него — но без отделения. В противном случае, можно крутиться с реформами подобно подопытным мышкам в колесе — это ничего не даст.

  7. Лариса пишет:

    Домашнее обучение — это как раз и есть способ получения элитного образования, и если есть люди, которые пытаются его как-то организовать, то нужно отдавать себе отчет в том, что оно никогда не станет массовым. Родителям в большинстве своем нужна возможность сдать своих детей на время куда-нибудь, чтобы их там покормили, присмотрели , чему-то научили. Ведь не будет никто утверждать, что в ясли и детские сады детей сдавали и сдают, чтобы они там получали образование (хотя учреждения-то — образовательные). Конечно, не хочется себе правду себе говорить, вот и начинают обставлять это как единственный способ существования и образования. И что бы там ни делали с детьми, родители с умным видом говорят о том, что это полезно детям, более того, дети без этого не смогут вырасти достойными людьми. А если ввести сейчас в школе телесные наказания, какое количество родителей отказалось бы от такой школы? Да практически все бы так и остались в школе. Любую мерзость объяснят целесообразностью. Не хочется осложнять свою жизнь, если есть возможность свалить свои обязанности на кого-то, а потом обсуждать, в чем виновата школа.

  8. Pavel пишет:

    «Родителям в большинстве своем нужна возможность сдать своих детей на время куда-нибудь, чтобы их там покормили, присмотрели , чему-то научили.»

    Ну, откровенно говоря, полагаю, что те люди, которые к своим детям относятся таким образом — наименования «родители» заслуживают в минимальной возможной степени.

  9. Натальтя Геда пишет:

    Анфиса, после развенчания мифов школьного образования тостанется выбор. Выбор, которого нет сейчас, поскольку ни у кого из современных родителей (и я сама была такой 4 года назад) даже в голове не укладывается возможность альтернативы. Выбор, который нужно делать со всей ответственностью: плыть по течению и заведомо обрекать свое дитя на рабоство у системы. или побороться за тоо, чтоб он вырос свободным человеком.
    Ваши опасения относительно последствий введения домашнего обучения необоснованы: в США хоумскулинг существует как массовое явление уже больше четверти века, сегодня образование дома получают более 2,54 млн. детей школьного возраста . Позитивная динамика при этом — налицо. СМейчас я не буду писать об эттом подробно, все запланировано в серии публикаций.
    Что касается реформы школьной системы,то ее невозможно осуществить,пока нет людей, воспитанных вне системы — только они смогут увидеть, как ее можно изменить. А откуда взять таких людей, если у системы нет альтернативы? Я не противник школы как таковой; я критикую недостатки конкретной системы государственного образования, которая сложилась сегодня. Если изменятся люди — изменится и системы. Иначе будет не изменение, а его видимость.

  10. Андрей пишет:

    Наталья, а что хорошего Вы можете сказать о школе? Какую-то положительную роль она выполняет? Или ее нужно вообше ликвидировать?

  11. Дмитрий пишет:

    О как! Долой школу, все на домашнее обучение! А детей пусть учат алкаши и тунеядцы, коих у нас в стране большая часть народонаселения.

  12. Наталья пишет:

    Мне кажется преход на домашнее обучение мера вынужденная, но не верная. Перевести ребенка на домашнее обучение можно, но можно ли грамотно самостоятельно выстроить учебный процесс?
    В школе конечно сейчас нет системы, ушли хорошие старые педагоги, некому было выучить грамотных молодых педагогов, но что то осталось, и на этой остаточной инерции наша школа дотянет до новой системности, грамотности и разумности. Домашнее обучение может решить проблему образования ребенка только в том случае если у него родители педагоги. Всем же остальным остается надеяться на самостоятельность ребенка, на сомнительных репетиторов…

  13. Лариса пишет:

    А что педагоги могут лучше сделать, чем родители-непедагоги? И кто такие вообще педагоги? Они специалисты в своей предметной области? Они специалисты в области образовательных технологий и методик? Они специалисты в области детской психологии? Кто-нибудь решится всерьез это утверждать? Конечно, есть замечательные учителя и даже замечательные школы, но это не благодаря полученному образованию или существующей системе образования, а вопреки им.
    …»что то осталось, и на этой остаточной инерции наша школа дотянет до новой системности, грамотности и разумности». Легко успокаивать себя, правда? Главное, не нужно самой брать на себя ответственность, ну, нет там «системности, грамотности и разумности», ничего, обойдемся без этого. До какой степени разложения должна дойти школа и государство в целом, чтобы Вы стали родителями и перестали сдавать свох детей неведомо кому.
    «Всем же остальным остается надеяться на самостоятельность ребенка, на сомнительных репетиторов…» Все остальные надеятся не на самостоятельность ребенка, откуда она просто так возьмется, а на себя, на свою любовь к ребенку, на веру в ребенка. И вот с этим багажом начинают работать, работать, а не ждать, когда кто-нибудь сделает это за них.

  14. Татьяна пишет:

    Послушайте, а какая цель у организаторов этой дискуссии? Я знаю, что даже в той сравнительно приличной школе, куда я устроила ребенка, он не получит то, что мне нужно. Да, я плохая мать, потому что больше думаю о том, где через месяц буду искать деньги на еду, одежду, не сократят ли меня, чем о математике и географии. И не надо мне говорить, что можно меньше зарабатывать, жить впроголодь, но быть больше с ребенком. Ведь это такой же бред, как и то, что наша школа дает знания и учит добру. Ну и зачем мне лишний раз повторять, что я плохая мать и безответственный человек?

  15. Наталья Геда пишет:

    О школе я могу сказать много хорошего, скорее всего я даже это сделаю и напишу специальную статью о истории и целях школьного обучения в разных странах в разные эпохи. Школа с незапамятных времен является специальным инструментом трансляции культурной традиции от одного поколения к другому. Таковая трансляция первично происходит в семье — но семья не является специфическим инструментом обучения.Именно поэтому на некотором этапе развития практически любого общества возникает школа и начинает решать вопросы специфически образовательные — в интересах развития культуры.
    Принципиальным отличием современной школы от любой другой в любую другую эпох является ее обязательность и тотальность. Такого никогда не было. Школа всегда до нашего времени являлась инструментом, созданным специально для тех, кому она действительно была необходима — т.е. , для людей, сознательно стремящимся овладеть культурой и развивать ее далее. Для развития иных навыков — практических, полезных в трудовой деятельности — использовались иные инструменты.
    В наше время школа превратилась из инструмента трансляции и развития культуры по преимуществу в систему формирования некоторых видов человеческого поведения в соответствии с госзаказом. Все остальное — знания, умения, навыки — глубоко вторично на фоне этой основной цели. Я выступаю против вот такой школы, которую школой можно называть только условно — на самом деле это конвейер, а ничто не отстоит от конвейера настолько далеко, как хорошая школа. Ликвидировать поэтому нужно не школу как таковую, а современную тотальную псевдо-школу. Она является извращением исконного назначения школы как инструмента культуры — ибо служит не ее развитию, а ее деградации. Но ведь и любой инструмент можно использовать не по назначению — практически любой инструмент можно использовать по назначению, а можно, к примеру, для человекоубийства. Но «злоупотребление не исключает употребления». После ликвидации злоупотребления нормальное употребление инструмента в верных целях снова станет возможным — после ликвидации тотальной государственной системы неизбежно возникнут нормальные доброкачественные школы. А до тех пору, к сожалению, нормальное образование можно будет получать почти исключительно в семье — или нигде.

  16. Наталья Геда пишет:

    Дмитрию: простите. алкаши и тунеядцы в интернете не сидят и никогда моих призывов не увидят, а если и увидят — то не поймут. Я пытаюсь разговаривать с довольно ограниченной аудиторией родителей, которым небезразлично будущее их детей. И я не понимаю, к чему в нормальной дискуссиях такие передергивания.

  17. Наталья Геда пишет:

    Наталье: домашнее обучение — мера в сегодняшней ситуации и вынужденная и верная. Вынужденная она потому, что на самом деле в нормальная школа безусловно лучше справляется с трансляцией культуры, чем семья — но поскольку нормальных школ больше не осталось, поскольку бессмысленным является и пребывание в ненормальных — лучше постараться мобилизовать все ресурсы семьи и организовать учебный процесс в семье. Это не фантастика, это сейчас уже реальность. Я берусь это доказать в своих статьях в рамках Дискуссионного клуба., а все статьи мои основываются на практике.
    Что касается того, что домашнее обучение доступно только педагогам — это одно из ложным мнений, которые я разбирала вот здесь http://school4you.ru/club/tags/29

  18. Наталья Геда пишет:

    Татьяне: я очень хорошо понимаю Ваши чувства, и вовсе не хотела их оскорбить. В самом деле, может показаться, что мои утверждения и призывы крайне далеки от реальной практики жизни, где большая часть усилий людей сосредоточены на добывании средств для существования семьи.Поверьте. что еще всего 5 лет назад я думала примерно так же, как Вы, и только крайняя нужда (внезапная болезнь ребенка) буквально заставила меня перейди на ДО. Но результаты были настолько поразительными и позитивными, что даже тогда, когда непосредственных медицинских показаний для непосещения школы у нас не стало, мы тем не менее остались верны домашнему обучению. Мне для этого пришлось изменить отношение к жизни и пересмотреть пирамиду ценностей — но я не считаю, что это шаг, доступный только мне и вообще из ряда вон выходящий. Дело в том, что жить только для того, чтобы удовлетворять свои потребности, нельзя. Это бессмыслица. У человека есть свое, специфически-человеческое предназначение: это познание и творчество культуры. Только реализуя это предназначение. он может называться человеком. И лучше быть человеком и жить в бедности, чем быть сытым обеспеченным животным. Сейчас я благодарна несчастному случаю, который позволил мне понять эту простую истину.
    У меня нет цели кому-то делать больно, рассказывая, какие они плохие родители. Но дело в том, что сейчас дурное родительство стало общественной проблемой, практически никем не осознаваемой. Чтоб изменить ситуацию, нужно, чтобы она была осознана, а такие вещи не происходят безболезненно. Это все равно что разбудить сладко спящего человека — он может быть весьма зло на того, кто его разбудил — однако, если дом горит, наверное, это все таки следовало сделать? А дом таки горит — и именно в этом цель дискуссии. Пожар. Спасайте ваших детей.

  19. Григорий пишет:

    Попробую дать нормальный линк на предыдущую статью Натальи
    http://school4you.ru/homeschooling/

  20. Виктория пишет:

    Pavel, конечно можно с очень важным видом заявлять какие родители имеют право так называться, какие нет, но от этого не станет меньше родителей, для которых ребенок не безразличен, но относятся они хорошо если к среднему классу и вынуждены большую часть времени отдавать работе. И для детей остаются только выходные. Для них школа это выход. Это действительно место где за их детьми присмотрят, накормят и если повезет чему нибудь научат. Да надеяться приходится на авось. Но ведь и других возможностей у них нет.

  21. Наталья Геда пишет:

    Виктория, Ваша позиция вполне понятна и не могу сказать что она не была мне близка. Если целью семьи ставить пресловутое зарабатывание денег — иного подхода к образованию невозможно ожидать.
    Но этот подход неверен. И достаток семьи тут совершенно не при чем — домашнее обучение детей не предполагает больших затрат (многократно превышающих обычные школьные затраты). Как вы думаете, каков, к примеру, мой собственный достаток?
    Дело не в достатке, а в том, что является для семьи приоритетной задачей в отношении детей. Если одеть-накормить — мой анализ не для них. Если воспитать и выучить — тогда нам будет о чем поговорить.

  22. svetla пишет:

    Замечательная статья ! Спасибо огромное за поддержку !
    дело в том ,что смысл в том , что все образование да и не только образование , а вообще » видение мира » как у детей так и у взрослых лишено самого главного источника , Бога .
    Вся система построена на «материальных ценностях . И как следствие ее несовершенство . Люди долгие годы отказывались от того что так очевидно . Факт существования Бога любыми способами скрывался от «сознания » людей . И все «эволюция » заключалась в том , что бы суметь «выжить » в обществе … Люди строили систему так , что бы человек попавший в нее , смог стать » рабом » материального мира .
    Образование на данном этапе развития человечества представляет собой набор » примитивным » навыков . Читать ,писать , всех научили ,а остальное каждый должен был приобрести самостоятельно с точки зрения персонального места под солнцем .
    Так что это совершенно «нормальный » сценарий развития и образования и вообще всего «социального » взаимодействия людей .

    Если кто то и задумывался над тем куда катиться мир , то старался делать это в » интимной » обстановке . Потому как проблема вся ! в отсутствии веры в Бога и как следствие » деградация » «сложенных систем » .
    Но если во главу системы поставить факт существования «первопричины » все встанет на места . и развиваться общество будет по гармоничной траектории .
    Людям нужно получить ответ для чего вообще они существуют и кто они по сути такие . И тогда каждому станет ясно что все развитие должно происходить в соответствии с их божественным началом .
    Удачи всем .

  23. Виктория пишет:

    Светлана, а подскажите, чем отличается образование с элементами зомбирования с упором на веру в коммунизм от упора на веру в бога?
    Я так например никакой разницы не вижу — что так, что эдак выходят слепые котята, только одни белые в серую полоску, а так серые в белую полоску. Что там что там идеология рабства.

  24. Наталья Геда пишет:

    Виктория, просто дело в том, что образование вне веры ( во что бы то ни было) вообще невозможно. Всегда. от шумеров до СССР, школа являлась способом передачи от одного поколения к другому представлений об Истине (или псевдо-истине). Все остальное образованием не является, это в лучшем случае передача некоторых разрозненных навыков и поведенческих образцов, и в этом случае не следует обольщаться и требовать от современной школы большего.
    Но рабское поведение возникает именно от такого псевдо-образования, потому что люди, не верящие ни во что, кроме возможности заработать пару-тройку долларов (тысяч, миллионов, не важно) — не более чем рабы. Подлинное образование дает человеку свободу от такой зависимости. Именно поэтому к нему всегда и стремились те. кто понимает толк в свободе.

  25. Виктория пишет:

    Григорий, знание вопроса у меня хорошее. Потому могу отвечать за свои слова. Критически мыслящий и свободный христианин это не возможно в религии основа которой отречение от себя, слепое поклонение, где гордыня страшный грех и прочая и прочая… Дискуссия не для этой площадки.
    Когда то эта религия была выгодна и удобна, и придумали ее отнюдь не глупые люди. Главная ее цель была воспитание в страхе перед чем то более высшим и недосягаемым чем светская власть и в страхе перед светской властью как перед данной богом и потому не оспоримой. Внимательнее отнеситесь к истории — это на поверхности, нужно просто не бояться думать. Но это увы не возможно для очень многих воспитаных в стахе — сомнение для них табу, а без сомнения нельзя двигаться дальше.

  26. Виктория пишет:

    Наталья, для меня возможность избавить моих детей от уроков православия в школе, так же как и для моей мамы возможность избавить ее детей от уроков политинформации пожалуй главное, из-за чего я первой подниму руку «за» домашнее обучение. Я хочу, чтобы мои дети выросли с незашоренным сознанием.

    У кого-то я здесь прочитала в комментариях вопрос о том, как же выйдут в свет домашние дети, которых не готовили на «потребу» сегодняшнего политического курса. Для меня эта проблема не стоит вообще. Если я смогу воспитать детей разносторонне развитых, умеющих объективно смотреть на мир и оценивать его, то мои дети ни когда не столкнутся с проблемой «непринятости», «непризнанности», «ненужности» и прочих «не» — они смогут оценить этот мир, принять его, полюбить и найти в нем свое место.

  27. Наталья Геда пишет:

    Виктория, я полностью присоединяюсь к Вашему мнению об уроках ОПК в школе. Только Вы все-таки путаете веру и идеологию, а это не одно и то же. Насаждение в школе идеологии приводит к падению уровня мыслительной культуры. Но и воспитание безверия — тоже. Для меня это одного порядка явления. В самом деле, в рамках данного ресурса для такой дискуссии нет простора. Хотя, безусловно, жаль.

    Я бы все-таки не была столь категорична. «Никогда» — это неоправданно оптимистично. Я считаю, что цель домашнего обучения — это подготовка детей к тому, чтобы успешно справляться с такими проблемами, если они возникнут (а они скорее всего,все-таки возникнут).

  28. Анна пишет:

    В основном я согласна с Натальей. Именно такие соображения (плюс нечто специфическое в наших широтах) подвигли меня на педагогическое творчество: уже четвертый год я преподаю своему ребенку все предметы. Это очень интересно мне самой, в первую очередь (кажется, и моему человечку тоже, хотя я учитель строгий). В школе мое солнышко появляется только для сдачи финальных нормативов. Любит всех и пользуется взаимностью. В систему домашнего обучения органично вписываются музыкальная и художественная школы + два ин.языка. Чадо пишет стихи и музыку, обожая математику. Проблема — сверхобщительность.

  29. Ирина пишет:

    Огромное спасибо, Наталья, за статью! Согласна полностью! Еще со времени своего обучения считала, что школа — это ЗЛО! Хотела бы перевести старшую дочь (5 класс) на ДО, но меня волнуют некоторые детали. Видимо Анна намного дальше продвинулась на этом пути, хотелось бы услышать советы:
    1. каким образом вконце концов получать аттестат зрелости, ведь без него, как я понимаю все равно нельзя! Анна как то договаривалась со школой, чтоб сдавать там экзамены?
    2. я понимаю, что вся эта бредятина, которой сейчас учат моего ребенка ей вообще никогда не понадобится в жизни (например, схема холодного водоснобжения или продукты очеса льна — недавно проходили) — а как тогда сдавать экзамены в той же школе?
    3. как быть если у меня самой нет достаточных знаний в точных науках, где искать того, кто их даст?
    4. я понимаю, что не в деньгах счастье, но все же необходим хотя бы их минимум, чтобы иногда немного кушать!!! Сейчас я осталась без работы, и у меня пока нет идей как добыть немного денег, чтоб прокормить детей. (мужа тоже нет) Наталья и Анна решились заниматься дома с детьми — поделитесь пожалуйста опытом, где вы успевали добывать пропитание и как?
    Буду очень благодарна!!!

  30. Анна пишет:

    Привет всем заинтересованным лицам!
    Отвечаю Ирине по пунктам: 1) я договаривалась со школой. Ребенок сдает все в сентябре за год вперед, а дома занимается по программе «на год старше одноклассников». Совет — обойдите всех учителей, запишите «имена» всех учебников и методичек (возьмите-найдите-скопируйте при необходимости).
    2) Различайте две вещи: ЗНАТЬ и СДАТЬ. Первое — святое дело чести, второе — ваша способность договориться с учителем+помощь ребенку («Чадо, это, конечно, мура, но давай заполним вместе»).
    3) Ищущий да обрящет! Я, например, впервые «вблизи» увидела иностранный язык своего ребенка. Но у меня есть способность мыслить логически и сопоставлять(а в руке — подсказки-объяснялки), у моей ученицы — память и способность быстро схватывать материал. Вместе мы — сила! (Тома «Аванты+» — незаменимые помощники!)
    4)М-да… Если честно — у меня муж и полставки на работе. Ухожу — даю ЦУ, звоню с работы, «держу руку на пульсе». Ответственность воспитывается не вдруг, но рядом с ребенком я сижу, только если проверяю. Главное — запустить шестеренки и «смазки» не жалеть (и похвала, и…наоборот). Личных «фишек» и находок много, было бы желание. (Прошу прощения, если встретите мое предыдущее письмо, пишу второй раз)

  31. Ольга пишет:

    Всем здравствуйте. Моя старшая дочь была на домашнем обучении с середины второго класса. В первый класс она прошла по конкурсу в хорошую государственную школу. После окончания 1-го класса, мы обнаружили, что она растеряла все, с чем пришла. Да и мотивация постепенно уплывала. Во 2 класс пошли в частную » к хорошему педагогу», но уже через полгода поняли, что это тоже самое, только «вид сбоку». В итоге, просто ушли в никуда. Прикрепились к обычной школе во дворе и в конце года писали переводные контрольные работы. Сначала искали репетиторов, потом грянул кризис и тут я осознала глубинный смысл выражения «нет худа без добра»: попробовав временно обучать дочь самостоятельно, я поняла, что это не просто не трудно, а легко и интересно. Так мы добежали до 5 класса. Сын в школу вообще не ходил, заканчивает 2-й. Дочка в 5-м классе захотела походить в школу, сравнить образ жизни. По разным причинам получилось пойти только с 3 четверти. Сейчас апрель и мы не можем дождаться летних каникул. В 6 класс идти отказывается напрочь. Школа занимает все время. До 14 часов уроки, а потом остаток дня- домашнее заданее. Сколько мы успели за 4 года начальной школы: на фигурное катание отходили год, принеся 2 медали с соревнований в клубе, на горные лыжи встали, по прикладному искусству — 2 грамоты, а расшитые пасхальные яйца, поделки из бисера, вышивка крестиком и народная кукла, рисовали с художником ТАКОЕ, чему в школе не научат. Кстати, все это раз в год относилось в школу, для аттестации по труду и изо, где учителя рассматривали это с нескрываемым интересом. И при всех этих кружках и спортивных школах мы гуляем каждый день, а в хорошую погоду дважды! Потому, что на домашнем обучении ребенок занимается 2-3 часа в день.И это не все плюсы. Мы спим до 8 утра, а зимой и до 9. Мы не толпимся на пляже в августовский зной, мы отдыхаем в сентябре и в феврале, и не 2 недели, а месяц, ведь мы сами строим свою жизнь. И едят наши дети не то, что утвердил какой- то дядя, а то, что принято есть в нашей семье. Это не всем подходит. Но для нас это- единственный на сегодня вариант обучения детей. И на другой мы врядли согласимся.

  32. Светлана пишет:

    Пришли в лучшую школу района, за первый класс растеряли все, с чем пришли, главное — мотивацию. Ушли в частную — то же самое, «только вид сбоку».

  33. Светлана пишет:

    Ольга, у нас с Вами все один в один. Теперь на СО, ребенок потихоньку «расшколивается», возвращается интерес к познанию мира, уходит ненависть к домашней работе, насильственному впихиванию бессмысленной информации. Появилось время для прогулок, для занятий по душе, для второго иностранного языка. Высыпаемся, отдыхаем как нам удобно, а не как кто-то решил. А как меня раздражали тупость и идиотизм методических указаний — вообще отдельная тема. Теперь учебный процесс приносит только позитивные эмоции и мне, и ребенку.

  34. Галина пишет:

    Как человек изнутри системы, практически со всем согласна. Жаль, что в период обучения моих детей, мысль о семейном обучении даже в голову не приходила. Но точно знаю, что внуки мои в школу не пойдут.