Центр домашнего обучения «Алгоритм»
г. Москва, ул. Земляной вал, дом 54, строение 2
info@odoportal.ru

skype: onlinealgorithm

8-495-781-10-30 8-800-555-99-53

Родительский активизм и домашнее образование в США – Часть I

Важным аспектом домашнего обучения является общение родителей между собой, а также их социального и политического активизма: обмен информацией о регулирующих ДО законах, их публичное обсуждение или даже влияние на них. Последнее особенно важно в те ключевые моменты, когда законы меняются, затрагивая всех, кого они касаются. Судя по дискуссиям в интернете, в России сейчас как раз такое время: широко обсуждается надвигающаяся школьная реформа, а также некоторые аспекты проекта закона о ювенальной юстиции. Становящееся все более популярным домашнее обучение, скорее всего, тоже не останется без их влияния.

В связи с этим хочу поделиться своими размышлениями на основе опыта американских семей, практикующих домашнее обучение (хоумскулеров, от слов home school, домашняя школа). В настоящее время в США на домашнем обучении находятся, по средним оценкам, до двух миллионов детей или примерно два процента всех школьников. На практике это выражается в том, что буквально у каждого человека, с кем мне приходится общаться, есть родственник или знакомый, который самостоятельно учит своих детей. Можно сказать, что домашнее обучение в США воспринимается повсеместно как быстрорастущая часть мейнстрима, один из вариантов получения образования наряду с государственной, частной или церковной школой. Вместе с тем, это недавняя ситуация: обязательное посещение школы было введено примерно в начале 19-го века, а легальным во всех пятидесяти штатах США домашнее обучение стало лишь в 1993 г. Соответственно, в сообществе очень свежо понимание того, что эта благоприятная для домашнего образования в США среда отнюдь не гарантированная данность. Она является результатом активизма заинтересованных в ней людей, и нуждается в постоянной поддержке с их стороны.

Традиция домашнего обучения в США прямо связана со структурой власти и системы образования в этой стране. Выражаясь словами из школьного учебника, власть разделена на три «горизонтальные» ветви: законодательную, исполнительную и судебную. Не менее важно «вертикальное» разделение власти на достаточно независимые друг от друга федеральную власть, власть штата и местную власть. Власть в каждом штате имеет ту же структуру, что и государственное правительство в Вашингтоне: вместо президента исполнительную функцию выполняет избираемый жителями штата губернатор, законодательную функцию осуществляет Сенат штата, а судебную – Верховный суд штата. Местная власть представляет собой избираемый городской совет во главе с мэром, но детали могут значительно варьироваться в зависимости от местных традиций. Если считать мои впечатления типичными, то простому гражданину эта система может казаться сложной и запутанной, и не всегда понятно, кто в ней за что отвечает. Но при этом есть понимание, что каждое ответственное лицо должно выполнять свои обязанности и следовать общему для всех закону.

Школьное обучение по традиции является ведомостью штата, а не общегосударственной. Правительство каждого штата устанавливает свои законы об основных образовательных стандартах. Детали финансирования, выбор учебных программ, составление школьного календаря и прочие конкретные вещи решаются на местном уровне, в каждом независимом школьном округе специально избираемым школьным советом (school board или аналогичное название). Основная доля школьного финансирования также идет из местного бюджета, а именно, из налогов на недвижимость в данном районе.
Это прекрасно объясняет основную черту образования в США, а именно, огромную разницу в образовательных требованиях и качестве школ по стране, как в разных кварталах одного города, так и из штата в штат. Еще одним эффектом местного контроля над образованием является традиция активного участия родителей в школьной жизни и самоуправлении. Для примера, пару лет назад наш школьный округ перешел на полнодневку в классе для пятилеток (kindergarten, подготовительный класс) только и исключительно на основе опроса общественного мнения среди родителей. Подготовительный класс не является по закону обязательным, и до этого момента все программы были полудневками. Однако пробная полнодневная программа очень понравилась работающим родителям, так как существенно облегчала уход за детьми. Имеющиеся исследования не показывают заметных педагогических преимуществ полнодневной программы для пятилеток по сравнению с полудневными, и тем не менее, школьный округ выделил немалые средства для того, чтобы пойти навстречу интересам жителей города. Домашнее обучение прекрасно вписывается в эту традицию активизма и потому исторически не сильно выбивается из общей линии развития образования в США.

Как и школьное обучение, домашнее обучение регулируется по-разному в каждом штате США. Условно, штаты можно разделить на три группы: свободные, средние и строгие по отношению к ДО. Если в «свободном» штате семья на ДО может вообще не контактировать со школьным округом, то в «строгом штате» от родителей, например, может потребоваться обязательное наличие педагогической квалификации. Штат, в котором я живу, является «средним» по этой классификации. От проживающих на его территории хоумскулеров требуется ежегодное заявление о намерении учиться дома, с приложением примерного учебного плана и последующим соблюдением одного из трех видов отчетности: тестированием в конце года, составлением портфолио из образцов учебной работы или отчетом учителя-куратора. Куратора можно нанять частным образом за умеренную плату и встречаться с ним как минимум раз в два месяца. Однако в более состоятельных школьных округах есть специальные программы помощи хоумскулерам, которые предоставляют учителей-кураторов бесплатно, точнее, за счет школьного округа. Наш школьный округ, помимо учителя-куратора, также дает зарегистрированным хоумскулерам возможность посещать дополнительные занятия по общеразвивающим предметам (например, рисованию, физкультуре, театральному искусству) и экскурсии, организованные специально для них. Если же этого недостаточно и ребенку хочется выборочно посещать определенные предметы, спортивные секции или терапевтические занятия в школе, для этого существует еще одна опция регистрации ДО – «частичное посещение» (dual enrollment), с последующей индивидуальной договоренностью в школе по месту жительства.

Как видно из этих примеров, законы, регулирующие ДО, оговаривают не только обязанности, но и права нешкольников. Знания и соблюдение этих законов является личной ответственностью каждой семьи, и нужно не только для того, чтобы не быть наказанным за их невыполнение, но и для того, чтобы в полной мере воспользоваться своими возможностями и образовательными ресурсами. Если у школьного округа и семьи возникает разногласие в интерпретации закона или понимания его справедливости, то решение можно оспорить. Первой инстанцией будет суперинтендант (исполняющий директор) округа, далее сам школьный совет и, наконец, департамент образования штата.

Если проблему не удается решить в рамках существующего закона, то есть два пути действия. Можно организовать политическую кампанию и попытаться поменять соответствующие образовательные стандарты в сенате штата на законодательном уровне. Именно так в нашем штате был принят закон о домашнем обучении в начале 90-х годов. До этого наш штат был одним из самых неблагополучных в стране в плане возможностей для домашнего обучения. Строго говоря, ДО не было незаконным. Однако каждая семья должна была в индивидуальном порядке получать разрешение на ДО от своего школьного округа, который мог требовать отчетность по собственному разумению, проводить любые инспекции или даже арбитрарно считать детей злостными прогульщиками, что является уголовно наказуемым как мелкое хулиганство. На разработку закона о домашнем обучении повлияли лоббирование хоумскулерными организациями и рекомендации, данные лидерами движения на заседаниях комиссий правительства штата по образовательным делам. Итоговый проект закона определил домашнее обучение как неотъемлемое право каждой семьи и четко обозначил не только обязанности семьи на ДО, но и правила, которым должен следовать школьный округ по отношении к семье.

Еще одним примером может служить обсуждающийся в данный момент в Сенате нашего штата законопроект «О родительском инструктаже по автовождению для несовершеннолетних» (parent-taught driver’s education). Безответственное поведение молодежи за рулем является значительным риском автокатастроф, поэтому во многих штатах на вождение лицами до 18 лет накладываются дополнительные ограничения. В то время как взрослый человек может просто прийти и сдать тест на вождение, 16-леткам в нашем штате выдается временная ограниченная лицензия, для получения которой необходимо обязательное посещение теоретических и практических «курсов молодого водителя». Такие курсы бесплатно предоставляет школьный округ. Выходит, что нешкольникам приходится либо платить немалые деньги и проходить курсы в частном порядке, либо ждать до 18 лет; первый вариант несправедлив, а второй – нереален, поскольку автомобиль в нашей местности является основным средством передвижения. Сторонники того, чтобы позволить родителям-нешкольникам самим учить детей навыкам вождения, указывают на статистику по другим штатам, судя по которой курсы молодого водителя никак не улучшают ситуацию на дорогах; так стоит ли на них тратить бюджетные деньги? Несколько лет назад этот законопроектуже обсуждался и был одобрен Сенатом и Конгрессом штата, но губернатор наложил на него вето. В этом году симпатизирующая хоумскулерам сенаторша, при поддержке хоумскулерных организаций, вновь выставила его на повестку дня, и хочется надеяться, что на этот раз все получится.

Другой путь – обратиться в судебную систему, с целью создать прецедент признания данных местных регуляций противоречащими более фундаментальным государственным законам. Этот шаг порой предшествует вышеописанному законодательному процессу: если удалось показать в суде, что существующий закон противоречив и несовершенен, значит, пришло время для нового закона. Так, годам работы над законом о домашнем обучении в нашем штате предшествовали годы судебных тяжб, в которых семьи на ДО отбивались от обвинений в школьных прогулах. Очень неприятным моментом стал один прецедент: в случае одной семьи, чей ребенок не посещал школу, суд вынес решение о том, что этим делом должна заниматься ювенальная юстиция. Внезапно, вместо простого приказа посещать школу и пары недель общественных работ, над семьей нависла угроза обвинений в абьюзе, изъятия ребенка из семьи и помещения его под государственную опеку. На основании этого прецедента было подготовлен законопроект о приравнивании школьных прогулов к абьюзу\пренебрежению ребенком, и их переведению в область ювенального правосудия. Это ставило под угрозу семьи на ДО и создавало неблагоприятную обстановку для разработки закона о домашнем обучении. К счастью, данный законопроект вызвал негативную публичную реакцию, раздуваемую критикой со стороны семей на ДО, и в итоге провалился.

Эти серьезные задачи требуют наличия поддержки со стороны единомышленников, что опять подчеркивает важность активизма в группах родителей-нешкольников. В следующей статье я подробнее расскажу о разных родительских группах и их деятельности.

Мария Фокина.

24 комментария к статье "Родительский активизм и домашнее образование в США – Часть I"

  1. Наталья Геда пишет:

    Марина, рада Вас приветствовать на нашем портале! Очень интересная статья, нам как воздух нужна информация о продуктивном опыте американского родительского активизма. Буду с нетерпением ждать продолжения!

  2. Лариса пишет:

    Марина, политическая активность американских граждан распространяется на все сферы жизни, в т.ч. на образование своих детей. Вы давно в Америке? Мне трудно себе представить, что наши родители (обратите внимание: не граждане, а именно родители, т.е. люди, кровно заинтересованные) участвуют в политической кампании, например, против введения ЕГЭ. Или, например, за отставку министра образования в связи с последними заявлениями о платном школьном образовании. Более того, на мой взгляд, родители-нешкольники, испытавшие на себе всю абсурдность бюрократической системы и добившиеся той степени автономности от системы, которая их более или менее устраивает, никогда не будут рисковать этой автономностью, а, значит, никогда не будут проявлять политическую активность. Каждый выгрыз свой кусочек свободы и охраняет только свою зону. Максимум, на что мы способны — вот такие форумы, где можно поделиться опытом и советами.
    Так что то, о чем Вы пишите, далеко от нас политически также, как географически.

  3. Анастасия пишет:

    Лариса, Вы считаете, что ничего не нужно предпринимать? Пусть каждый в одиночку «выгрызает»?

  4. Наталья Геда пишет:

    Лариса, Ваше письмо очень характерно. Спасибо за Вашу откровенность — Вы сами сказали то, что я все время боюсь произнести, как слишком хлесткое обвинение. В самом деле, наших сограждан проще всего объединяются в нескольких случаях: в очереди за каким-то благом, в коллективной травле реального или выдуманного врага и в бегстве. Однако, если думать, что это невозможно изменить, лучше вообще не жить. Ваши слова лишь кажутся реальными — на самом деле, это псевдо-реализм дьявола — полные безнадежности картины, которыми тот соблазняет слабых духом. В реальности же все не так, и самый пропащий из людей может в самый неожиданный момент сделать правильный выбор. К примеру, я уже два года работаю над созданием родительской инициативы, и пока продвинулась не очень далеко. Однако я знаю, что такие дела не делаются быстро. Люди меняются, и я могу сказать , как — я за этим все время пристально наблюдаю. Определенные совместные проекты мы делаем прямо сейчас — например, по поводу «Паспорта здоровья школьника» (http://digital-geda.livejournal.com/87006.html). А у Вас откуда основания для подобных заявлений? Вы пытались сделать что-то и у Вас не получилось?

  5. Лариса пишет:

    Наталья, для результативной общественной деятельности нужен соответствующий политический режим. В противном случае эта деятельность никак не будет влиять на происходящие события, а активные участники будут восприниматься большинством общества как маргиналы. Почти 10 лет большинство педагогов и родителей возражали против введения ЕГЭ, ну и что? Что еще, на Ваш взгляд, может вызвать бОльшую активность в обществе? Эти вопросы обсуждались на всех педагогических советах, съездах, на всех родительских собраниях, в огромном количестве статей и программ в СМИ. Но поскольку это не стало предметом политической борьбы, результат был предсказуем.
    По поводу участия в некоторых акциях, вроде той, про которую Вы пишите. Вы можете сформулировать цель этой акции? Не допустить введения паспорта здоровья? Если у государства (в лице министерства образования) есть внятная причина для этого, если это не просто симуляция активной деятельности прытких чиновников, бюрократическая машина уже поехала и никакие акции протеста ей не помешают. Вы не можете этого не понимать. А, значит, цель, в конечном итоге, другая – необходимость среди всеобщего маразма высказать собственное мнение в надежде, что найдутся еще подобные Вам, а, значит, Вы – не одиноки. То есть цель – поиски себе подобных.

  6. Наталья Геда пишет:

    Лариса, Вы все правильно поняли. Я не могу, к сожалению, надеяться на то, что наше мнение будет услышано МОиНом, даже если СМИ сочтут необходимым провести свое расследование этой темной и запутанной истории. Верить — могу, надеяться — наверное, нет. Поэтому цель у меня иная — да, найти единомышленников, показать пример активного отношения к проблеме, показать, что можно делать еще что-то, кроме как совать голову в песок или окапываться в своих 4 стенах. Провал протеста против ЕГЭ вызван, скорее всего, тем, что его обсуждение шло в основном в среде специалистов и оставило незатронутым родительское сообщество, которое в те годы было занято совершенно другими задачами — поиском своего места под скупым солнцем госкапитализма. А именно с частной жизни семьи и начинается подлинный активизм. Именно об этом — статья Марины. О том, что в Америке именно общественная инициатива родителей, в конечном счете, формирует широкое общественное мнение и развивает законодательство в нужную ему сторону. Да, политическая система США бесконечно более приспособлена для проявления такой активности. Да , в этом обществе живут совершенно иные люди, которые привыкли за годы существования своей страны всего добиваться личным трудом и личной инициативой. Но если мы — в буквальном смысле, мы с вами — не сможем измениться, и не потребуем необходимых нам изменений у нашего правительства, то будущего у нашей страны и наших детей не будет вообще никакого. Я не хочу жить без смысла. и не хочу, чтобы без смысла жили мои дети. Поэтому я предпочитаю «абсурдный» активизм — пусть и обреченный на неудачу, кто знает — «разумной» пассивности.

  7. Лариса пишет:

    Несколько недалеких чиновников Министерства образования не тянут на образ врага, в борьбе с которым нужно объединяться. Как Вы определяете, когда нужно организовывать какую-либо акцию? По степени абсурда решений чиновников? Каждый раз бороться с отдельными чиновниками? Да их скоро станет больше, чем всех остальных граждан.
    А борьба с бюрократической системой – это уже борьба с той самой вертикалью власти. Это политическая борьба. А Вы, как я понимаю, до сих пор были противником политической борьбы. Я считаю, что при таких политических режимах возможны два варианта организации жизни: абсолютно частная и открытая политическая. В первом случае человеку придется принять государство как данность и любые контакты с ним строго выверять, чтобы не тратить бессмысленно свое время и силы, стараясь максимально сохранить свою автономность и достоинство. Во втором… Жаль, что это не Ваш случай.

  8. Владимир пишет:

    Мне кажется, Вы невнимательно прочли мой пост. Я бы не стала организовывать общественную активность для травли чиновников из МО. Просто потому что считаю это ниже своего достоинства. Заметьте, что письмо Фурсенко я назвала специально не «против Паспорта», а «о Паспорте». Я не позволяю себе даже лозунга «Фурсенко — в отставку» (хотя и считаю это требование совершенно справедливым). Нет, моя задача — выступить не против, а за. В защиту прав наших семей и наших детей. За организацию диалога с чиновниками Министерства по поводу Паспорта. Я не ненавижу их, я верю, что они люди, с которыми возможен диалог. И у меня уже есть опыт диалога такого рода — однажды мне таким же образом удалось добиться ответа от нунция РКЦ Меннини. В том случае мне удалось остае мне удалось остаться на уровне частного лица. Надеюсь, что и в этом случае мне удастся сохранить тот же статус.

  9. Лариса пишет:

    Вокруг так много чиновников, с которыми можно вести диалог в защиту прав наших семей и детей, что можно всю жизнь провести в таких диалогах и с большим количеством ответов этих чиновников. Во всем этом для Вас что важнее — процесс или результат?
    Наталья, я уважаю и ценю людей, которые могут заниматься общественной деятельностью, без этого невозможна жизнь общества при любом режиме. Но эта деятельность направлена не на результат, а на процесс — на поддержание жизнеспособности общества (что тоже можно назвать целью). Мне просто жаль, когда талантливые люди тратят жизнь на бесконечную борьбу с маразмом.

  10. Наталья Геда пишет:

    Лариса, Вы опять все верно сказали. Общественная жизнь не менее важна, чем частная, а вернее, частная жизнь не является полноценной без общественной. Как ни крути, а семья была и остается ячейкой общества, в котором жить ее детям. И для меня принципиально, чтобы это общество было сносным для жизни моих детей. И я буду стараться все для этого сделать, тратя на это ровно столько времени и сил, сколько необходимо. Бесконечная борьба с маразмом системы необходима хотя бы для того, чтобы маразм не был бесконечным. Что касается основного предмета моих интересов, педагогики, то он никак не пострадает от этого. Педагогическая наука была и есть первичной задачей для меня; все остальное вытекает уже из этой задачи.

  11. Мария пишет:

    Наталья, большое спасибо за приветствие и положительный отзыв о моей первой статье на сайте! Надеюсь, что в продолжении статьи читатели найдут дополнительные пояснения и ответы на появившиеся у них вопросы.

  12. Мария пишет:

    Лариса, я проживаю в Америке в течение 11 лет. За это время, мне кажется, я в местных порядках в достаточной степени разобралась, но от соответствующих российских порядков, пожалуй, поотстала. Судя по тому, что я вижу во время поездок домой и дискуссиям в интернете — возможно, вы действительно правы. Но сравнение российской и американской системы власти, образования и ДО в задачи моей статьи не входило. Вместо этого, я просто попыталась описать то, что вижу здесь. И я надеюсь, что основной моя идея таки видна: вот то, что здесь есть в плане ДО, это результат работы множества людей в условиях весьма неблагоприятных. Без нее не было бы ничего. И я не уверена, что российских родителей невозможно себе представить за такой работой. Так, в школе, которую я в свое время окончила, активнейший попечительский совет родителей — и это здорово: наведение порядка начинается в своем дворе. Это во-первых.

  13. Мария пишет:

    Во-вторых, мне кажется, часть вашего недоумения объясняется отсутствием ясного представления о том, как именно осуществляется политическая и гражданская активность родителей — что конкретно люди делают. О том, как это происходит в США, я подробнее расскажу в следующей статье. Массовые требования отставки министра образования, действительно, трудно себе представить, а главное, скорее всего не приведут к реальному результату. Нужны инициативные группы и освоение каналов влияния на законодательный процесс, а если их нет, их надо закладывать снизу. Все это состоит из конкретных механизмов и мелких задач и занимает время, и будет описано в следующей статье.

  14. Мария пишет:

    И в-третьих, Лариса, хочу прокомментировать ваше замечение о том, что для нешкольников любой контакт с системой – риск потери собственной автономности. Это мнение я в нескольких вариантах встречала и здесь, и я считаю его опасным заблуждением. Например, в процессе обсуждения закона о ДО в нашем штате оно проигрывалось христианскими группами: они жестко отказывались от какой-либо отчетности или надзора со стороны штата и школьных округов и поносили любой компромисс. В результате принятие закона было задержано на семь лет, и за это время отношения у хоумскулеров с властями только ухудшилось. Напротив, принятый в итоге закон был результатом компромисса и содержит довольно подробную регуляцию всего и вся, но на практике ему очень легко следовать и поводы для конфликтов с системой минимизированы. Дело в том, что любой закон регулирует не только права и обязанности человека, но и права и обязанности системы по отношению к нему: что может, а чего не может делать каждый чиновник. В условиях отсутствия таких и взаимообязующих правил, принятых в результате контакта и диалога, любая индивидуальная автономность является иллюзией: нам может казаться, что мы находимся в безопасности у нашего укромного очага, и мы даже не заметим, как система, проходя мимо, наступит на нас и раздавит как муху. Поэтому ИМО нешкольникам особенно важно проявлять очень грамотно выстроенную и направленную на сотрудничество политическую и гражданскую активность.

  15. Наталья Геда пишет:

    Мария, замечательно! Полностью согласна с Вашими комментариями.
    И с огромным интересом жду продолжение статьи.

  16. Анна пишет:

    Спасибо автору. Интересно сравнивать…
    PS. Я ОЧЕНЬ хочу согласиться с Натальей и … пока соглашаюсь с Ларисой. Возможно, у частного лица (хоумскулер) есть шанс достучаться и быть услышанным — в Москве, но не в провинции (где съедят с потрохами).

  17. Лариса пишет:

    И Наталья, и Марина написали о диалоге, но. Очень важное отличие. Марина пишет о диалоге с законодательной властью, т.е. о совместной проработке законов, а Наталья — о диалоге с чиновниками.
    Первое, конечно, замечательно. Но в условиях, когда Дума принимает в один день большое количество законов (сразу в нескольких чтениях), о каком обсуждении может идти речь? Существующая Дума голосует по отмашке, это никто не будет оспаривать. С кем в этих условиях вести диалог? О муниципальном уровне даже говорить нечего.
    Что касается диалога с чиновниками. Вы давно видели чиновника, способного иметь собственную позицию и принимать решения? Это может быть милейший человек, он даже будет соглашаться с вами, но при этом объяснит, что от него ничего не зависит. А по поводу чего вести диалог с чиновниками, которые с вами не согласны? Решения он все равно не принимает, может, конечно, наделать вам кучу гадостей. Марина, Наталья, да с кем же вести диалог???
    Больше всего угнетают войны, которые ведут родители нешкольников с чиновниками, отстаивая свои права на домашнее обучение. Ведь в этой войне приходится участвовать и детям. За редким исключением, не вижу смысла в этом. Ведь нашли выход и Наталья, и Анна. Анна, насколько я понимаю, не стала воевать, а нашла приемлемую школу , правда очень далеко. А можно было потратить годы жизни на то, чтобы отстоять права ребенка на домашнее обучение в конкретной школе рядом с домом. Ну пусть родители кладут свои жизни на это, но зачем же годы жизни детей туда же?
    Марина, Наталья, я абсолютно согласна с Вами в том, что именно так должно быть устроено общество. Должно быть. Но делать то, о чем Вы пишите, в стране, где отсутствует законодательная и судебная власти — абсолютно бессмысленно.

  18. Наталья Геда пишет:

    Лариса, а при чем тут законодательная власть? В том-то и интрига всей истории с «Паспортом здоровья школьника», что никакой нормативной базы для этого документа мне лично обнаружить не удалось. К примеру, Минздравовский «Паспорт» введен в действие Приказом Министерства — к которому и приложен уже окончательный текст документа. А тут не совсем понятно что происходит — информация прошла по официальному каналу, все заинтригованы, общественности обещано обсуждение — и где обещанное обсуждение, где объяснения , где ссылки на нормативную базу? Пока ни до какой борьбы мы еще не доходили — пока всего лишь идет наше частное расследование этой запутанной истории. Борьба вся еще впереди (если Паспорт все-таки введут, нужно будет просто подавать в суд на администрацию школ, требующих обязательности ведения такого документа). Если в нее включится не горстка людей, как у нас обычно бывает, а более-менее приличное количество — Минобру мало не покажется. Чиновник любого ведомства, разумеется, всегда сделает все, чтобы уйти от ответа на неприятные для него вопросы — но его можно попробовать загнать в угол, чтобы не мог отвертеться.
    Что касается законопроектов, принимаемых Думой, то не очень понятно, что нам мешает их обсуждать — сайт Думы известен,расписание слушаний доступно для просмотра, всегда можно знать заранее, в какие сроки планируется слушание по тем или иным законопроектам — и к ним приурачивать какие-то общественные активности. Проект закона о ювенальной юстиции — это первый законопроект. который реально всколыхнул общественность. заставил ее штудировать юридические документы, искать информацию на сайте Думы… Начало таким стихийным образом было положено, дальше можно продолжать в том же духе по мере необходимости.
    Что касается борьбы за ДО, то, возможно, в провинции ее не избежать — но лично мне ни разу не пришлось именно «бороться» за право моих детей учиться дома — я лично не встречала на нашем пути никаких препятствий. Мне ни разу никто не попытался помешать. Все мои предложения принимались, шли навстречу инициативам. Но , возможно, это потому. что они у меня были — инициативы и предложения? Я никогда не скандалила ради скандала, я всегда стремилась к конструктиву и здравому смыслу — и это всегда вызывало ответное осмысленное поведение.
    Я знаю, что в нашей стране можно на любом шагу встретить»оазисы»
    совершенно ордынской дикости, но не вижу ничего бессмысленного в том, чтобы попытаться преодолеть дикость и произвол. Не получится — ну что ж, бывает. Но по крайней мере мы сможем С ОСНОВАНИЕМ говорить, что мы сделали все, что в наших силах, чтобы изменить ситуацию. А сейчас мы просто празднуем труса.
    А что касается детей… нет, я не боюсь их участия в борьбе. Наоборот, я приветствую это участие. Я учу детей противостоять давлению, защищать свое достоинство, придерживаться своего мнения, а не прогибаться пд общепринятое. И Вы знаете — получается. Просто сильных противников-то у нас НА САМОМ ДЕЛЕ нет. Малейшее сопротивление порождает в их рядах растерянность и панику — они же не привыкли к тому, что кто-то смеет давать им отпор. Репрессий со стороны разнообразных органов того и сего я не боюсь — я не делаю ровным счетом ничего противозаконного, мне попросту нечего предъявить. Хотя, конечно, зарекаться не буду…
    В общем, дальше спорить по этому поводу, наверное, бесполезно. Кто из стороны данной дискуссии был прав, покажет время.

  19. Татьяна пишет:

    Мария, кризис образования давно уже приобрел глобальный характер. Есть ли перспективы у государственной системы образования со стандартами по предметам и набором этих предметов? Есть ли вообще перспективы у системы образования с существующей образовательной парадигмой? В чем, на Ваш взгляд, причины кризиса образования? И каковы перспективы домашнего обучения?

  20. Мария пишет:

    «Очень важное отличие. Марина пишет о диалоге с законодательной властью, т.е. о совместной проработке законов, а Наталья — о диалоге с чиновниками. »

    Лариса, это не совсем так. Совместная проработка законов оказывается необходима, когда диалога наладить невозможно в рамках существующего. Здесь люди участвуют и в том, и в другом по выбору, в рамках своих интереса, занятости и убеждений — кто-то по минимуму, а некоторые люди по максимуму. Я как раз и хочу подчеркнуть, что активизм начинается с малого — с того, чтобы найти другие семьи на ДО, поддерживать с ними отношения, обмениваться новостями. Сам сайт «Домашнее обучение» является проявлением такого активизма, а наша дискуссия на нем уже является проявление нашей активной гражданской позиции. И мне кажется, полезно знать об опыте других людей, чтобы в голову пришли кое-какие идеи относительно того, что можно — с поправкой на конкретные условия — делать дальше, если есть необходимость.

  21. Мария пишет:

    Владимир, спасибо за пояснение о наличии различий между политической деятельностью и активной гражданской позицией. Политическая деятельность нужна далеко не всегда и не всем, но если она нужна, без активной гражданской позиции ее быть не может. Когда я говорю о родительском активизме, я в первую очередь имею в виду активную гражданскую позицию.

  22. Мария пишет:

    Татьяна, для того, чтобы ответить на ваш вопрос, мне нужно понять, что конкретно вы имеете в виду под «кризисом образования, который приобрел глобальный характер». Не могли бы вы пояснить подробнее?

  23. Татьяна пишет:

    Прошу прощения за формулировку вопросов. На них невозможно ответить в формате комментария, поэтому я коротко поясню, что имела в виду под кризисом образования.
    1. Классическая модель образования исчерпала себя (меняются цели, формы, методы и содержание образования).
    2. Государственная стандартизация образования препятствует автономности учебных заведений, единообразие в образовании приводит к обучению предметам, а не мышлению. Государственный конвейер образования готовит рабочую силу для государства.
    3. Технологичность образования (информационные технологии, интенсивные методики, доступность информации).
    Мария, домашнее образование — это временное бегство из разваливающейся системы или зарождение новой системы?
    Наверное, тоже вопрос не для этой статьи, но эта тема не обсуждалась еще здесь (если я не ошибаюсь), а ведь для создания некоего сообщества родителей необходимо максимально внятное понимание цели.То есть цель хоумскулеров — оборона или создание самодостаточной системы образования?

  24. Мария пишет:

    Татьяна, спасибо, вопрос понятен. На снове моего местного опыта, я воспринимаю домашнее образование скорее как одну из мирных мейнстримных альтернатив государственному, а не враждебную ему иили самодостаточную систему. Поясню. Во-первых, мне не кажется, что система образования как-то особенно в данный момент разваливается или переживает кризис. Но я давно уже развела для себя собственно обучениеобразование и функцию школы. Свои настоящие основные функции — 1) изоляция детей от общества под организованным присмотром, пока родители на работе, и 2) сортировка или самосортировка детей по способностям и амбициям, — школа прекрасно выполняет и сейчас, и будет выполнять в любое время. Если же нам не нравятся отдельные моменты того, как это делается, по идейным или индивидуальным причинам, мы должны иметь право сами учить своих детей. Вот, пожалуй, и все. Я не жду от хоумскулинга того, что он заменит государственную систему образования, хотя бы потому, что многие люди учить своих детей не хотят или не могут. Противопоставлять себя государственной системе я тоже не хочу (хотя не все местные хоумскулеры так считают). Дело в том, что здесь детская социальная сцена в гораздо большей степени завязана на школе, чем в России, т.к. через школу и школьные деньги идут многие кружки, секции и спортивные команды. Кроме того, качество школы напрямую связано с качеством жизни в районе. Поскольку я фактически уже плачу и за то, и за другое своими налоговыми деньгами, в мои интересы входит и то, чтобы наша местная школа была качественной, и то, чтобы мои дети имели доступ к предоставляемым ей возможностям, даже если они основное образование получают дома. Других нешкольники, наоборот, принципиально отказываются от контактов со школой: христиане- протестанты, по моим наблюдениям, особенно ориентированы на создание самодостаточной системы, но это для них связано с обсщей самодостаточностью их сообществ. Я к тому, что хоумскулеры все очень разные, у них могут быть очень разные цели, и это нормально, при условии что люди могут договориться между собой по тем вопросам, которые имеют общее значение в данный момент. Как-то так.